РВС (Родительское Всероссийское Сопротивление)

Гражданин Лавров начал забег в авангарде Единой России с ослепительной в своей свежести идеи — а давайте переименуем город "клятого коммуняки" (Ногинск) в посконное наименование Богородск. Тут у нас запляшут лес и горы, сразу заживём по новому. Ну как по новому, скорее по старому, дореволюционному порядку. Впрочем если жителей Ногинска такой вариант устраивает, кто мы такие, что бы мешать народному счастью. Только первоначально хотелось бы напомнить, как это исконо-посконное "счастье" реально выглядело, вне фантазий коллективного Холмогорова. Попутно рассмотрим на просвет "честь" белогвардейского офицера. Виктор Ногин родился если не с золотой ложкой во рту, то с надежной серебрянной. Сын приказчика текстильной фабрики и белошвейки получил должное мещанину техническое образование и с 14 лет, по протекции племянника отца — Сергея Солдатихина, устроился в контору перебирать бумажки. Казалось бы, жизнь удалась, — ты не такой, как все, ты работаешь в офисе — но молодому пацану почему-то при начальстве не сиделось и буквально через несколько месяцев он уходит на работу в красильный цех, самое вредное производство текстильной фабрики. Заодно, видно для аутентичности рабочей жизни, съезжает с частной квартиры родного дяди в Молодцовскую казарму, бараки для рабочих при производстве. Атмосфера в Молодцовских казармах была вполне ожидаема, по скупым воспоминаниям самого Виктора картина рисуется хтоническая: скученность человеческих тел на кроватях в три ряда, пьянки, драки и отвратная еда, которую даже молодой организм с устатку не всегда принимал, и молодой Витя  нередко вставал из-за стола, так и не поевши. Позже Ногин расскажет о жизни текстильщиков, которую познал изнутри на собственной шкуре, в своей первой книге, где опишет ту самую казарму, травматизм на производстве, как директор фабрики выкидывал калечных на улицу с минимальным пособием, штрафовал работяг за каждый чих и заставлял покупать протухшую еду в заводской лавке втридорого. Ногинцы, не передумали еще в Богородск возвращаться, нормально всё? Но бытовая неустроенность не мешала целям Ногина и как мы видим по воспоминаниям его дяди Сергея Солдатихина — Виктор не переставая штудирует разную занимательную литературу и налаживает связи с неформальными лидерами рабочего люда. К семнадцати годам инициативный, толковый парень уже числился матерым красильщиком и под его присмотром работало шесть барочек красильного цеха. Однако не за рабочей карьерой пришёл Виктор на производство, а заслужив уважение своих товарищей по цеху, занялся воплощением уже сформировавшейся цели — изменить окружающий мир к лучшему. Фабричный инспектор вместе директором фабрики, господином К. Паля, (какая фамилия говорящая), не оценили развернувшего общественную деятельность Ногина, — ишь, удумал, за права рабочих тут бороться, — и Виктор мгновенно вылетел с волчьим билетом на мороз. Устроиться по специальности в московском регионе он уже не мог и переехал оттуда в Петербург. Далее биография Ногина разворачивается даже не как в кино, ни один фильм не сможет вместить в себя почти пятьдесять арестов, сорок камер и три побега, тут сериал нужен. Да и в сериал зритель поверит не особо, скажет — что вы тут навыдумывали, у вас главного героя в каждой серии по три раза арестовывают. Совсем уже очумели в своих фантазиях. Так что описать подробно одним постом жизненный путь Ногина не получится, но отметим важный момент — во всей своей революционной деятельности Виктор чурался крови, опираясь на силу слова и мирное противостояние. И это, как мы увидим, не всегда приводило к желаемому результату, а иногда заканчивается и еще большей кровью. Вернемся на секунду в день сегодняшний. Инициативу Лаврова к забвениию Ногина ожидаемо поддержала вся наша царебожная шваль. Вот гражданин Антоновский пишет: К хорошим новостям! Сергей Лавров предложил вернуть Ногинску историческое название — Богородск. Прекрасный русский город в Подмосковье не должен носить им предателя России и левого террориста Виктора Ногина. Ногин был одним из ленинских первобольшевиков, работавших против России, как в подполье, так и  из Лондона. С началом Первой мировой войны Ногин ведёт пораженческую антироссийскую пропаганду в Саратове, а с 1916 года — в Московской губернии. («Искру» Ногин выпускает — прим.) После февральских событий 1917 года ... выезжает на фронт, призывая солдат обратить штыки против правительства в разгар войны с внешним врагом! Имя подлеца Ногина надо стереть из российской топономики! Слабовато как-то, вам не кажется? Вот по Свердлову Свин Монархии развернулся во всю ширь плеча — расстрелял всё крестьянство, потом посадил, ограбил и до кучи в колхоз согнал. — Вот упырь так упырь, пробы ставить некуда. А тут, что? Пропагандировал, выезжал на фронт, бла-бла террорист без терактов. А где кровище, ГУЛАГ и кишки в каменедробилке? Детский сад какой-то. А все дело в том, что не найти за Ногиным ничего кровавого и мало того, знаменитая история, как большевики под честное слово не выступать против Советской власти, отпустили многих хероев будущего белого движения имеет свое имя и фамилию — Виктор Ногин. Да, неисправимый романтик и гуманист Виктор, повыпускал белогвардейских упырей на все четыре стороны. И это уже после кровавого московского бунта и разных выступлений господ офицеров с оружием в руках. Чем для красных вылилась в итоге мягкотелость Ногина, думаю все знают, но дело даже не в этом. Обратите внимание — так же как в 1917 все эти "честь имею", поголовно, свое слово нарушили и уже в 1918 пошли воевать против Советской России плечом к плечу с интервентами. Так и современные наследники белодельцев, так называемые "Сыны монархии", даже не вспоминают кому обязаны здравием своих хероев. И это не эксцесс отдельного Антоновского,  там вся порода у правосеков такая — мразотная. Виктор за свой неуместный гуманизм получил по шапке и по сути от политической деятельности был отстранен. Но Ленин умел отделять мух от котлет и видя в Ногине талант организатора, приставил последнего к хозяйственной деятельности. По окончании Гражданской войны Ногину вручили разрушенную текстильную промышленность. В двадцать раз промышленные мощности производства просели в отношении к 1914-му году. В двадцать раз! Виктор всё восстановил к дореволюционному уровню за три года. Организованный Ногиным текстильный синдикат в 1923 году приезжал осматривать американский журналист. Вот отрывок из его статьи в журнале «Нация»: «В яслях при фабриках я видел детей работниц не свыше семи лет, чистеньких, как в американских госпиталях, их кормят трижды в день и дают медицинскую помощь за счет синдиката». 1923 год, Ногин решает неподъемную задачу восстановления текстильной промышленности и при этом не забывает о работницах фабрик с детьми. Весной 1924 года Виктор Ногин умер в возрасте 46 лет, до последнего откладывал давно необходимую операцию, и когда его всё таки затащили под нож хирурга, было уже поздно. Сгорел на работе, как и многие из Ленинской гвардии. Хотите Богородск вместо Ногинска? Как пожелаете, впрочем процесс логичен, все социальные завоевания, за которые в свое время боролся Виктор Ногин, сегодня потихоньку отмирают, а вместе с ними уйдёт Имя того, кто их добывал для народа...